# Побег

Владислав Витальевич Белов

В Санкт-Петербурге Борис поселился в гостинице недалеко от Морского вокзала. Из окон его недорогого номера были видны стоящие у пристани пассажирские пароходы, а далеко на рейде - грозные очертания военных кораблей. В этот же день, с утра, он позвонил по номеру телефона, который дала Фаина.

Трубку взяла, судя по голосу, немолодая женщина. Она поинтересовалась, кто дал номер телефона, и как его зовут самого. Борис назвал имя Фаины, но, прежде чем сказать о себе, стал лихорадочно соображать, стоит ли ему называться настоящим именем.

- Ну что, в молчанку будем играть! - рассердилась женщина и положила трубку.

Борис некоторое время посидел и снова позвонил.

- Да! - сердито ответил всё тот же голос. - Говорите!

- Извините, это я опять... Меня зовут Борисом.

- Ну, наконец-то! Диктуйте адрес своего места нахождения и номер телефона.

Записывая координаты, женщина тяжело сопела и бормотала прокуренным голосом, повторяя слова Бориса.

Закончив, сообщила:

- Сегодня вам позвонит Павел Сергеевича. Запомнили?.. Павел Сергеевич.

Часа через два раздался звонок. Говорил молодой мужчина, в голосе которого чувствовалась уверенность и лёгкая ирония.

- Я разговариваю с Борисом? - уточнил он и, убедившись, что не ошибся, представился: - Это Павел Сергеевич. Нам надо где-то встретиться...

- Мы можем встретиться в моём номере.

- В номере? Нет, такое не в моих правилах. Из вашего окна видна небольшая кафешка...

Борис раздвинул не до конца закрытые тяжёлые шторы. В номер ворвались яркие и слепящие лучи солнца - начавшийся день обещал быть жарким. Он внимательно оглядел ближайшие здания и увидел на одном из них вывеску: Кафе "Ласточка".

- Ласточка?

- Ай, да молодец! - перешёл на "ты" Павел Сергеевич. - Вот там, в "Ласточке", я и буду ждать в конце зала за столиком справа. Надеюсь, ты будешь один, Боря?

- Разумеется, - уже сухо ответил тот, обидевшись на фамильярное обращение.

Павел Сергеевич оказался довольно молодым, ладно скроенным и с широкими плечами мужчиной. На его правой руке имелась наколка, на шее --- небольшой шрам, глаза скрывали тёмные очки, очень идущие худощавому лицу, а верхнюю губу украшали аккуратные усики, из-под которых выступал массивный подбородок. Не подавая руки, он жестом показал Борису на стул с другой стороны стола и помахал рукой официантке, бойко шныряющей между посетителями.

- Итак, насколько я понял, тебе нужен заграничный паспорт и шенгенская виза? Куда плывём? - сразу приступил к делу Павел Сергеевич, почему-то поглядывая на открывающуюся и закрывающуюся дверь кафе.

"Кого-то ещё ждёт? - подумал Борис, но тут же догадался: незнакомец боится слежки и хочет убедиться, что клиент никого не привёл с собой.

Подошла официантка.

- Нарзан и два мороженных, - бросил на стол сторублёвку Павел Сергеевич. - Так куда плывём?

- В Таллин надо срочно попасть. Мать там у меня при смерти, а оформление документов потребует много времени.

- Из Москвы?

- Да.

- Небось, и образование имеешь?

- Ну, имею. Филолог... А что?

- Филолог! - усмехнулся собеседник. - А чего же ты, грамотей, заявление начальнику паспортного стола не написал и не приложил к нему телеграмму из Эстонии о критическом состоянии здоровья матери? За три-пять дней все документы бы и оформил. Ну, и, конечно, подмазать при этом можно было. Не догадался?

Борис хотел открыть рот, но Павел Сергеевич перебил:

- Ты мне "пургу" не гони, а расскажи всё как есть, чтобы я знал, ради кого рискую. В "мокром" деле побывал? Групповуха?

- Посредником...

- Один хрен! Всё равно вместе со всеми отвечать будешь. Только дадут поменьше.

Борис, соглашаясь, кивнул головой.

- Ну ладно, мокрушник. Паспорт с собой? Показывай.

Взяв документ в руки, Павел Сергеевич внимательно пролистал его и вернул обратно.

- Две тысячи долларов, и это только задаток, - он посмотрел на Бориса, но тот не стал возражать. - После изготовления документов - ещё три тысячи. Деньги взял?

- Да.

- Молодец! Сейчас я отвезу тебя в фотоателье. Там ты сделаешь четыре цветных фотографии: на загранпаспорт и на шенгенскую визу, а также ксерокс своего российского паспорта. Затем возвращаешься в машину, даёшь мне на лапу две тысячи, а вместе с ними - конверт с фотографиями и ксерокс паспорта. Дня через два-три тебе позвонят и назначат встречу, возможно, в этом же кафе. Хотя человек может попросить прийти по какому-то другому адресу. Он вручит тебе изготовленные документы и билет на паром, а ты - отдашь ему остальные три тысячи долларов. Вот и вся финита ля комедия! - рассмеялся Павел Сергеевич и поднялся из-за стола.


* * *


Вернувшись в номер, Борис, не разуваясь, бросился спиной на заправленную кровать. Затем широко расставил ноги и, заложив руки за голову, громко рассмеялся. Путь через границу был открыт и, возможно, скоро они снова встретятся с Авророй! "Прощай немытая Россия..." - радостно пронеслось в голове, и он снова рассмеялся своей удаче.

До отъезда оставалось несколько дней, и Борис стал думать, как лучше их провести. Ему вспомнились достопримечательности Санкт-Петербурга, но он сходу отбросил эти "детские" мероприятия. Фактически у него был только один день --- сегодня, когда можно покинуть номер, не боясь пропустить телефонного звонка. А что можно сделать за оставшуюся половину дня? Сходить в кино, на танцы? Ну, не-ет! Это слишком мелко для прощания с Россией. Кабак! Вот то место, с которого "начинается" и кончается Родина, философски обобщил он, вскочил с кровати и стал вынимать из чемодана почти новый, но изрядно помятый светлый костюм. На то, что бы привести его в порядок, а вместе с ним --- рубашку и туфли, ушло часа полтора.

Одевшись, Борис подошёл к зеркалу и с удовольствием посмотрел на себя. Перед ним стоял среднего роста обаятельный и красивый мужчина, которому очень шла улыбка. Он не преминул, меняя позы, изобразить на лице удачные и неотразимые улыбки и весьма довольный собой покинул номер.

"Кабак", а вернее, ресторан, в который попал Борис, назывался довольно примитивно и в то же время многообещающе - "Я люблю". Поехать туда ему посоветовал нанятый таксист. Когда шофёр узнал, что он из Москвы и желает провести вечер в шумной компании петербуржцев, то сразу предложил:

- Так вам, молодой человек, надо ехать в панорамный ресторан с очень интересным названием "Я люблю". Он здесь же, на Васильевском.

- Вы так думаете? - засомневался Борис. - Хотя название действительно многообещающее.

- Так, а я чо говорю! - ухмыльнулся уже немолодой шофёр, озорно подмигнул разодетому пассажиру и даже слегка тронул того локтем. - Поехали! - включил он зажигание и, не дожидаясь согласья, тронул машину с места.

- Ну, поехали, так поехали! - согласился Борис и потёр руками, предвкушая предстоящее веселье.

В ресторане, и в правду, было много посетителей. Здесь играли свадьбу, отчего по залу неслись народные песни, мат, девичий визг и стук каблуков танцующих. Свободного места не оказалось, но когда Борис сунул метрдотелю, мордастенькой женщине с ярко накрашенными губами, пятьсот рублей, его сразу же усадили недалеко от свадебного стола за небольшой столик, где уже сидела молодая пара и девица не первой свежести.

Молодые о чём-то переговаривались, пили на брудершафт и, не стесняясь, целовались. Их соседка скучающе разглядывала танцующих и старалась не смотреть на влюблённых. Когда появился Борис, она заметно оживилась, а её напудренные щёки не смогли скрыть появление радостного румянца.

Борис поприветствовал сидящих и взял в руки меню.

- И чего тут можно поесть вкусненького? - спросил он в надежде услышать совет от своих соседей.

Молодые в это время продолжали целоваться, но женщина с готовностью наклонилась над открытым меню, обдав Бориса запахом дешёвых духов.

- Я бы вам посоветовала попробовать "севиче из лосося с авокадо" или вот, - ткнула она накрашенным ногтем в цветную фотографию блюда под названием "Тунец гриль с кремом из печёного яблока". - Я только что его ела. Очень вкусно, но порции довольно маленькие. Возьмите. Не пожалеете, молодой человек.

- Спасибо за совет. Теперь посмотрим, что тут ещё имеется, - перевернул Борис страницу.

Дама хотела снова наклониться, но он успел взять меню в руки и уткнуться в него, якобы не заметив её очередного внимания.

В это время со свадебного стола послышалось:

- Го-рько! Го-рько!..

Но молодые, лишь притворились целующимися, поскольку свадьба, видать, затянулась и сильно их утомила.

- Не-ет, нет! Так не пойдёт, - заорал пузатый мужик. - Эх, молодёжь! И целоваться, как следует, не умеет!

- А у нас помощники есть: дружок и дружка! Вот пусть они и показывают, как надо правильно целоваться, - парировала невеста.

- А в постели они вам тоже будут показывать? - неожиданно заржал худощавый парень с красным от выпитого носом, и вся свадебная компания дружно рассмеялась.

Кончилось тем, что молодожёны всё-таки начали целоваться, а гости стали считать в разнобой: раз, два, три... На счёт десять невеста оторвалась от губастого жениха, махнула рукой на считающих и громко заявила: "Хорошего понемножку!" --- и оба решительно уселись на свои места.

- Не-ет! И так не пойдёт! - снова забубнил пузатый. - Пить не будем - халтура!

- Тогда пусть им Галинка с Васькой покажут, как надо целоваться! - подскочил худощавый. - А ну-ка показывайте, раз уж не сумели жениха и невесту такому делу обучить!

Идея понравилась застолью, а одна изрядно пьяная бабёнка взвизгнула и закричала:

- Покажи, покажи им, Галька! Покажи... Да смотри не оборви Ваське ухи, а то Катька без них его к себе не подпустит!

- Ха-ха-ха, хи-хи-хи! - застонала компания мужскими и женскими голосами.

В это время поднялась дружка невесты, которая оказалась стройной девушкой с привлекательными формами под тонким платьем, перетянутым пояском. Чернобровая, с мягким овалом лица и сочными губками, она походила на украинку.

- Васенька! - обратилась Галина к застывшему на стуле дружку жениха. - А ну-ка вставай. Давай им покажем, на что мы способны, - и кивнула головой на собравшихся.

Застолье притихло, ожидая продолжения.

- Так его же Катька потом убьёт... - охнула молоденькая девушка.

- Не убьёт! - уверенно оборвал пузатый. - Пусть покажут, а мы потом выпьем за их здоровье.

- А ну-ка вставай, Василь! - скомандовал худощавый, так и не поднявшемуся со стула дружку, - Только смотри: ухи ей в руки не давай.

Все снова засмеялось.

- Ну, иди сюда, Вася, - уже ласково попросила Галина. - Не слухай ты их. Иди. - Она взяла молодого стеснительного парнишку за руку и притянула к себе. Затем мягко обняла и прижалась губками к его растерянным губам. Всё это происходило так нежно и трогательно, что пьяное застолье притихло и стало с удовольствием наблюдать за целующимися.

Но вот Галина отпустила дружка и, приложив по-украински правую руку к груди, поклонилась гостям.

- Браво! - закричал кто-то, и весь стол сразу ожил: - А Га-аля наша-та хороша. Ой, хороша дивчина! И как она его, ещё видать неумелого, целовала... Вот кому-то невеста достанется... Да-а...

К этому времени официантка принесла заказ, и одновременно заиграл вокально- инструментальный ансамбль. Борис оглянулся на свадебный стол, нашёл глазами Галину. Она продолжала ещё сидеть возле невесты, о чём-то переговаривалась с ней. Он опрокинул в рот рюмку водки, стал торопливо есть. Ему пришла в голову идея обязательно пригласить на танец эту красавицу, познакомиться и предложить ей поехать к нему в гостиничный номер.

Но вот танец закончился. Борис старательно вытер руки салфеткой, чтобы подойти к избраннице, но её успели пригласить. Тогда он снова налил водки и выпил не закусывая, так сказать, для храбрости.

Затем стал наблюдать за танцующей Галиной и вдруг услышал:

- Разрешите пригласить.

Борис обернулся: перед ним во весь рост стояла соседка по столу. Она улыбнулась и объяснила:

- Объявили "белый танец".

- Да? Я что-то не услышал, - брякнул он, но тут же заметил, как девица начала краснеть. - Нет, нет! Я совсем не против. Спасибо за приглашение. - И Борис, взяв женщину за руку, повёл её на середину зала.

Несколько минут они танцевали молча: девица - от уязвлённого самолюбия, Борис - размышляя о том, как бы ещё раз не упустить Галину.

- А я знаю, о ком вы сейчас думаете, - донеслись до него слова партнёрши.

На вопросительный взгляд она криво улыбнулась и пояснила:

- О Галине.

- Я? Простите, о какой Галине?

- А вон о той, - показала женщина пальцем на танцующую пару. - Она дружка невесты.

- А-а! - стараясь не выдать смущение, неестественно рассмеялся Борис. - Между прочим, красивая девушка, - как бы в оправдание, добавил он.

- А я вам, значит, не нравлюсь?! - девица нервно отдёрнула руки и со злостью посмотрела на него.

- Ну, что вы, девушка! Вы же сами меня пригласили.

- Сама пригласила - сама и уйду. Вы тряпка, а не мужик! - громко сказала она и побежала к столику.

Борис не последовал за ней и не попытался даже остановить, чтобы не привлекать внимания окружающих. Вместо этого он отошёл от скандального места к окну, где толпились не танцующие мужчины и женщины, прислонился к подоконнику и, скрестив руки на груди, стал ждать окончания танца.

Наконец ему удалось пригласить Галю. Они разговорились и быстро познакомились. Когда девушка спросила, откуда Борис, тот, не моргнув глазом, заявил, что из Москвы, но едет в Эстонию. Там живут его родственники в городе Тарту, и, возможно, благодаря им, ему удастся "осесть", получив вид на жительство, ну а потом - и гражданство.

- Я как-то ездила на экскурсию в Таллин. Замечательный город! Уютный, чистый. Как я вам завидую, Боря! Это же Европа! А кто живёт в Евросоюзе, могут свободно попасть и в Италию, и во Францию, и в Германию. Вы знаете, моя мечта - посетить Париж и Венецию. Вы там не были?

- Нет, Галя, ещё не был, но теперь надеюсь побывать.

- Какой вы счастливый!

В это время закончилась музыка, но Борис тут же заявил девушке, что приглашает на следующий танец, если она не возражает.

- Конечно, не возражаю!

И как только зазвучала новая музыка, они плотно, уже не стесняясь, прижались друг к другу.

- Вы очень обаятельная и красивая, - прислонившись к щеке девушки, нежно заворковал Борис, легко нащупывая ладонью через тонкое платье её нижнее бельё. --- Давайте уйдём отсюда.

- Но куда? - тихо и дрожащим голосом спросила она.

- Через два дня я уплываю в Таллин, а пока снимаю номер в гостинице. Поедем ко мне, и эти два дня мы сможем быть вместе. Едем?

- Я, Боря, не против. Но как я брошу подругу? Её же надо с женихом до дома проводить.

- Значит, ничего не выйдет?..

- Подожди! Я сейчас с Наташкой, невестой, переговорю. Попрошу взять тебя в нашу компанию (она меня поймёт!), проводим её, а оттуда --- поедем в гостиницу. Договорились?

Борис заулыбался, и Галина ещё крепче прижалась к нему.


* * *


Когда он проснулся, было уже около десяти часов утра. Несмотря на чудесную ночь, проведённую с гостьей (а они заснули с первыми лучами солнца), ему в голову пришла тревожная мысль: а лежат ли на месте около двадцати трёх тысяч долларов, которые были запрятаны накануне в разных местах гостиничного номера? Борис хорошо помнил, что под декоративной металлической решёткой, покрывающую батарею, им было положено десять тысяч "зелёных"; в одном из плафонов люстры с вывернутой лампочкой - тоже десять и, наконец, в туалетном бачке - три тысячи, которые нужно было отдать за изготовление загранпаспорта и визы. Он стал осторожно перелазить через спящую Галину, однако от его движений девушка зашевелилась и немного откинула одеяло, продолжая спать крепким сном. Её оголившиеся груди и розовые соски на какое-то время возбудили Бориса, но желание проверить целы ли "капиталы" пересилило, и он осторожно покинул кровать.

Всё оказалось на месте. Даже засунутые в туфлю несколько сотен долларов, заткнутые нестираным носком. Борис облегчённо вздохнул и только после этого посмотрел на кровать. К его удивлению, Галина уже не спала, наблюдая за ним. От неожиданности он вздрогнул и попытался улыбнуться, продолжая стоять совершенно голым.

- Ты чего-то ищешь?

- Да понимаешь, Галя, --- быстро нашёлся он, --- никак не найду пуговицу от костюма. Вчера болталась, а сегодня смотрю - уже нет. Наверно, по пьянке оторвал. Представляешь?

- Представляю! - засмеялась она, с любопытством рассматривая его интимное место. - Ты вчера так быстро раздевался...

- Я? Так ты ещё и смеёшься! - осмелел Борис, поняв, что девушка, скорее всего, ни о чём не догадывается или только что проснулась. - Тогда я буду искать её у тебя! Говори сразу: куда засунула?

Изогнувшись, словно большой кот, он стал приближаться к кровати крадущимся шагом, но Галина, хохоча и визжа, крепко закуталась в одеяло. Приблизившись, стал просовывать руки под одеяло и хватать её за бока.

- Ой, мамочки, у меня ничего нет! - завизжала она, но Борис не унимался.

Наконец Галина не выдержала и сменила тактику.

- Раз ты мне не доверяешь, можешь обыскать! - и откинула одеяло.

Ослеплённый наготой девушки, он прекратил шалости и стал нежно целовать её живот.

- Нет. Ты не там ищешь, - с соблазнительной улыбкой возразила Галина и раздвинула бёдра. - Да... там... - начала постанывать она, когда поцелуи достигли желаемого места.

Так они провалялись до обеда, пока не зазвонил телефон. Борис поднял трубку.

- Алло! Это Глушко Борис Фёдорович?

- Да-а

- Билетики на паром заказывали?

- Заказывал.

- Подходите к кафе "Ласточка". Прямо у входа и встретимся. Не забудьте, пожалуйста, взять с собой деньги.

- Хорошо. Сейчас спущусь. Как вы выглядите?

- Это не важно. У меня ваши документы и фотографии. Не волнуйтесь: не разойдёмся.

- Ах, да! - почесал затылок Борис и услышал, как телефонную трубку положили на металлический рычаг. - "С автомата звонил", - отметил он про себя.

Когда они вышли на улицу, Борис попросил девушку подождать на скамейке возле кафе. У входа ещё никого не было, и, подойдя к нему, он решил перекурить. Через какое-то время из заведения вышел небольшого роста пьяный мужичок. Сильно покачиваясь, он подошёл к Борису, показал жестом, что хочет закурить. Тот достал пачку сигарет и сразу же услышал тихий злобный голос подошедшего:

- Хвост, гадёныш, привёл. Не поворачивайся, если не хочешь "перо" получить.

Борис послушно замер, но потом стал так же тихо объяснять:

- Ты что, мужик, сдурел? Баба у меня ночью в номере была. Сегодня с утра ждали твоего звонка. А в номере духота, вот и решили вместе к морю сходить.

- А кто она?

- Да хрен, её знает. Из-под Питера вроде. В ресторане подцепил... Документы и билеты мне давай.

- Пройди в кафе и жди за последним столиком справа. А там посмотрим.

- Как хочешь.

Борис выбросил недокуренную сигарету, зашёл в кафе. Через некоторое время в дверях появился подходивший к нему мужчина. Подойдя к столику, сел напротив.

- Вот получай, - положил он на стол большой незапечатанный конверт, а сам стал наблюдать за дверью кафе.

В конверте лежал заграничный паспорт, туристическая виза, билет на паром и ещё несколько отштампованных бланков. И хотя Борис умел читать по-английски, убедиться в достоверности покупаемых документов не мог. Он ещё раз просмотрел загранпаспорт и передал под столом три тысячи долларов.

Мужчина, как только получил деньги, тут же встал и, ничего не говоря, зашёл, как вначале показалось, в подсобку. Её дверь находилась напротив стола. Выход из кафе для посетителей был один, и Борис решил подождать возвращения человека, который помог ему в трудную минуту, чтобы сказать спасибо или пожать руку. Он ждал несколько минут, но исчезнувший за дверью мужчина не появлялся.

Тогда Борис поднялся и заглянул в подсобку. К своему удивлению, он увидел захламлённый старыми ящиками коридор, ведущий к настежь открытой двери заднего выхода из кафе.


* * *


После прогулки по набережной Галя решила съездить домой, чтобы "немного привести себя в порядок", а на следующий день --- приехать и проводить Бориса.

Он же вернулся в номер. После бурной ночи хотелось спать, и Борис, не раздумывая, разделся и залез под одеяло.

Проснулся на другой день рано утром от сильной грозы и тяжёлого хлопанья намоченного дождём нижнего угла шторы. Балконная дверь всю ночь была открыта, и через неё врывался холодный, дующий со стороны моря ветер вместе с дождевыми брызгами.

Неожиданно полутёмный номер осветила яркая вспышка молнии, а следом --- раздался очередной и очень сильный удар грома. Борис откинул одеяло, бросился к балконной двери. Разбухшая, она плохо затворялась, и ему пришлось применить силу, чтобы закрыть её на защёлки. Шум ураганного ветра сразу сделался тише. Он отодвинул штору и через оконное стекло стал наблюдать за разбушевавшейся стихией.

Над заливом висело свинцовое небо, изредка прорезываемое причудливыми и быстрыми изгибами молний. Дождь хлестал и вспенивал своим напором огромные и чёрные волны Балтийского моря. Борис вспомнил погодную примету: сильные дожди, как правило, длятся не очень долго, и снова забрался в постель. Однако спать уже не хотелось, вставать было рано, и он стал размышлять о предстоящем отплытии из Санкт-Петербурга.

Его беспокоила сумма долларов, которую нельзя будет задекларировать при посадке на паром. Разрешаемая сумма вывоза иностранной валюты была десять тысяч, а у него - двадцать. Приходилось снова рисковать, чтобы незаметно пронести доллары через таможенный контроль. "Но где их спрятать? - стал размышлять Борис, всё ещё находясь в постели. - В чемоданах, заложив между кожей и картонными обшивками или в костюме под подкладкой?" В конечном счёте, он пришёл к мысли, что лучше разделить всю сумму на части и запрятать их не только в двух чемоданах, но и в костюме, в куртке и даже в надетых на ноги носках.

Ливень и гроза, как он и предполагал, стали постепенно затихать, и лишь отдельные раскаты грома всё ещё продолжали раздаваться вдали. Выглянуло солнце. Сначала оно неуверенно осветило комнату, а потом его жгучие лучи заиграли на обоях номера ослепительным светом. Было уже девять часов. Борис, хорошо отдохнувший и выспавшийся, пошёл принимать душ.

После обеда приехала Галя. В это раз она была не в платье, а в брючном костюме, очень идущем ей. В руках держала небольшую дамскую сумочку и складной зонтик. Борис, только что зашивший все тайники с спрятанными в них долларами, встретил её в трусах и майке, с надетыми на ноги светло-коричневыми туфлями и белыми носками, в которых уже лежала небольшая часть контрабандной валюты.

- Без штанов, но - в ботинках! - рассмеялась она, - А как же ты брюки будешь надевать?

- А вот так!

Он невозмутимо просунул ногу с надетой на неё туфлёй в штанину костюмных брюк. Тоже самое проделал с другой ногой. Потом ловко подтянул брюки и застегнул на крючок.

- Молодец! Только так можно одежду испачкать или порвать. А ты пуговицу от пиджака нашёл?

- Так, Галю, мы же её вместе нашли, - ответил Борис, и они оба расхохотались.


* * *


На часах было уже половина третьего, когда они попали в зал для регистрации, заняли очередь и подошли к окошечку, за которым сидела одетая в тёмно-синюю форму девушка.

- Глушко Борис Фёдорович? - спросила она, внимательно разглядывая российский паспорт.

- Да.

- Женаты?

- Д-да, - нехотя процедил он, стараясь не смотреть на Галину.

Затем регистраторша раскрыла заграничный паспорт, долго изучала его, листала и даже подсунула под электронный микроскоп. Тоже самое проделала и с туристической визой. Когда очередь дошла до пассажирского билета, повернулась к компьютеру, вбила в поисковик запрос и удивлённо покачала головой. Потом, не говоря ни слова, собрала документы и покинула кабинку.

Действия регистраторши насторожили Бориса, и он начал волноваться. Первой его мыслью было немедленно бежать и раствориться в толпе прибывающих на паром пассажиров. Единственное, что удержало, так это спокойное лицо девушки, а, главное, исчезнувший вместе с ней российский паспорт! Без него побег мог значительно осложниться, и Борис решил подождать.

--- А ты, оказывается, женат? - дотронулась до плеча Галя.

- Ну, ты же слышала, - нервно ответил он, так и не повернув встревоженное и побледневшее лицо.

- Я-ясно! - протянула подруга, но Борис ничего не ответил, продолжая напряжённо ждать возвращения служащей.

Но вот девушка вошла в кабинку, правда, без документов. Тем не менее, Борис облегчённо вздохнул и вежливо поинтересовался:

- Что-то не так?

- Да, молодой человек, - не глядя на него, ответила она и добавила: - По крайней мере, в списке наших пассажиров вы не числитесь.

- Как не числюсь? Этого не может быть! Тогда верните мои документы, и я пойду разбираться с вашей администрацией. Безобразие! Где она находится?

На плечо Бориса легла мужская рука. Когда он обернулся, то увидел сзади себя двоих молодых и крепких милиционеров.

- Пройдёмте с нами, мужчина, - спокойно ответил тот, кто вначале положил руку на плечо, а теперь уже пытался заломить кисть за спину.

- Пойдёмте, пойдёмте, гражданин! - поддержал его второй. - И давайте не будем мешать регистрации остальных пассажиров.

Борис очумело оглядел окружающих. Галины среди них уже не было, и он, опустив голову, подчинился приказу.

Милиционеры привели его в местное отделение внутренних дел Морского вокзала. Там, в присутствии понятых, одежду, обувь и чемоданы тщательно осмотрели и быстро обнаружили имеющиеся в тайниках незадекларированные десять тысяч долларов. Свидетели, молодая парочка, согласившаяся уделить какое-то время на присутствие при обыске, расписались в протоколе, и были тут же отпущены. Бориса же перевели в другой кабинет, за столом которого сидел мужчина средних лет, покуривая сигарету.

- Присаживайтесь, - показал он глазами на стул, приставленный к столу. - Василий Владимирович, следователь по особо важным делам. А вы - Глушко Борис Фёдорович. Правильно?

- Да.

- Скажите, пожалуйста, для чего собирались ехать в Эстонию. У вас там родственники?

- Да нет... Я, Василий Владимирович, собирался посмотреть город Таллин.

- И ничего не сказали жене?

Борис отвёл глаза, стал тупо смотреть под ноги.

- А вы знаете, что она подала заявление в московское ОВД с просьбой найти вас?

Допрашиваемый недоверчиво уставился на следователя.

- Да, да! У вас оказалась очень любящая и заботливая жена. Кроме того, я думаю, что вам известно и о том, что она на восьмом месяце беременности. Так как же вы, Борис Фёдорович, могли покинуть её в таком положении, ничего не сказав? Или у вас была более серьёзная причина незаметно покинуть Москву?

Борис затравленно съёжился, мельком взглянув на следователя, опустил голову и отрицательно помотал головой.

- Да-а, стра-анная поездка... - иронично заметил Василий Владимирович. - Ну, ладно, с этим пусть разбирается московская милиция. Меня же больше интересует вот какой вопрос: заграничный паспорт и визу кто вам подделал?

- Сам, - прохрипел Борис, ожидавший этого вопроса и заранее решивший взять всё на себя. Участие других лиц в афере с паспортом, визой и билетом, знал он, квалифицируется в Уголовном кодексе, как организованная преступность, за которую он может получить большее наказание.

- Так уж и сам? - усмехнулся следователь.

- Через принтер. А им что хочешь нарисовать можно. Вы же это знаете, Василий Владимирович?

- Не знал бы, тут не сидел. Но дел в том, уважаемый, Борис Фёдорович, что ваш загранпаспорт изготовлен из настоящего документа, ранее принадлежавшему убитому жителю Санкт-Петербурга. Как же он к вам попал?! - прихлопнул следователь по столу.

Борис вздрогнул и решил говорить правду. Он рассказал, что Питерский телефон ему дала какая-то Фаина с ребёнком, живущая в Санкт-Петербурге, а фальшивые документы были изготовлены её знакомыми - Павлом Николаевичем и его подельником.

После такой информации следователь оживился, полез в стол и разложил на нём фотографии с изображениями каких-то мужчин и женщин.

- Только не спешите! На преступниках может быть другая одежда, изменённые стрижки и даже парики. Смотрите медленно и внимательно, - попросил он.

Потом снова выдвинул ящик и положил ещё три фотографии.

Среди новых снимком Борис обратил внимание на фотографию очень молодой красивой женщины, показавшейся ему знакомой. Она была похожа на Фаину. Правда, на фото у неё были светлые волосы. Но разрез глаз и знакомая улыбка, застывшая на фотографии, сразу напомнили ему об их встрече.

- Это она - Фаина! - упёрся его палец в фотографию. - Она дала мне телефон, по которому я и связался с Павлом Николаевичем. Среди лиц на остальных фотографиях, Василий Владимирович, знакомых не вижу, - заявил Борис, ещё раз окинув взглядом все снимки.

Следователь взял в руки фотографию Фаины.

- Давненько "не светилась", - пробормотал он. - Говоришь с ребёнком?

- Да. Годика полтора. Не больше.

- Старая любовь, наверное, виновата. И вот, надо же, "прокололась" девочка. Ну, хорошо. Спасибо, что помогли. Завтра с Фаиной я устрою вам очную ставку.

- А нельзя ли, господин следователь, без очной ставки? - взмолился Борис. - Я же вам её итак показал на фотографии. Как-то нехорошо перед ней получается: пожалела она меня...

- Тебя пожалела, да только кто теперь семью убитого пожалеет? А у его жены на руках осталось двое малолетних детей, - жёстко отрезал Василий Владимирович и нажал кнопку под столом, вызывая охрану.